Продолжающийся абьюз со стороны бывших метамуров

Если партнёр стремится поддерживать дружбу с абьюзером после того, как его романтические отношения заканчиваются, абьюзер может продолжать плохо обращаться как со своим бывшим любовником, так и со своим бывшим метамуром. Тактики могут быть такими же, как и в романтических отношениях. Изменение статуса отношений заставляет абьюзера адаптировать тактику к новым обстоятельствам.

Эволюция абьюза по отношению к бывшему метамуру

После того, как я узнала, что Филипп и Ева снова спят в одной кровати, я сказала ему, что больше не собираюсь быть метамуркой Эвы. Эва потом сказала Филиппу, что больше не будет связываться с ним, пока он встречается со мной, и он взял на себя обязательство не возвращаться к ней до тех пор, пока их 3-месячный перерыв в отношениях не закончится.

Стало только хуже. Однажды я пришла к Филиппу тогда, когда Эва уходила. Она сказала, что всё ок, но я успела сказать только: «Привет, как у вас дела?» – прежде чем она выбежала из комнаты и захлопнула за собой дверь. Я старалась привлечь Эву к ответственности, когда она так себя вела, поэтому на следующий день я отправила ей имейл об этом.

Филипп был с ней, когда она его получила. Он помогал ей с заявкой на какую-то учебную программу. После того, как она прочитала письмо, она сказала ему, что слишком расстроена, чтобы работать, и что он должен уйти. Он обиделся на меня. Она продолжает говорить, что собирается уехать из города, и он сказал мне, что боится, что она не сдаст экзамены и всё провалит. У нас была ссора, которая длилась несколько дней, но никто из нас больше не мог так жить, и мы расстались.

Когда Эва получила моё письмо, она прислала мне короткое сообщение, что она сожалеет о том, как она ушла, но ни я, ни Филипп не нашли это письмо особенно искренним. Я думала, что это последнее, что я услышу от неё, но всего через 24 часа после того, как мы с Филиппом расстались, я опять получила от неё письмо. Она написала, что злится на меня из-за правила, которое я создала, но у неё нет времени и нет смысла говорить об этом. По-видимому, поскольку у неё никогда раньше не было такого соглашения, она не знала, как реагировать, и оказалось, что я и Филипп можем быть вместе в общественных пространствах, например, на концертах, но находиться в её гостиной нам с Филиппом не ок. Хорошо, что она заверила меня, что вероятность этого сейчас низкая и она уже чувствовала, что исцеляется и отпускает всё это. Она сказала, что поступила на свою учебную программу и что она хочет, чтобы я не общалась с ней в течение следующих пяти месяцев. Она пообещала, что это будет её последнее письмо мне в обозримом будущем.

Мой разрыв с Филиппом длился недолго, но на этот раз многое изменилось. Он сказал мне, что наконец-то осознал закономерность, о которой я говорила, или, может быть, просто нужно, чтобы такое произошло ещё раз, чтобы он сам мог это признать. Он и Ева расстались навсегда, но они всё ещё пытаются оставаться друзьями. Эва мне больше не писала. Но это не конец истории. Теперь Эва говорит Филиппу, что она не чувствует себя “в безопасности” со мной. Я хочу, чтобы она перестала относиться ко мне так, но я знаю, что попытка поговорить с ней об этом будет пересекать границы, которые она установила, поэтому сейчас я просто стараюсь держаться подальше от неё.

Абьюзер может изменить свою тактику по отношению к бывшей метамурке, чтобы использовать статус жертвы. Поведение может включать в себя:

  • обвинение подвергшегося насилию человека после разрыва;
  • избегание ответственности за свои действия или изоляция человека, подвергшегося насилию, под предлогом сохранения личных границ;
  • ложь другим о метамурке, подвергшейся насилию, чтобы подтолкнуть союзников к участию в кампании травли;
  • использование «молчаливого обращения» для демонстрации своего неуважения;
  • проявление собственничества по отношению к бывшему партнёру, чтобы вторгнуться в его пространство и игнорировать границы;
  • провоцирование конфликта на публике, чтобы унизить своего бывшего партнёра или метамура и создать предлог для словесного оскорбления их людьми, пытающимися помочь разрешить разногласия.

Развитие абьюза по отношению к бывшему партнёру

В наши дни мы втроём не можем даже находиться в одном здании без того, чтобы Эва не начала ссору. В прошлый раз это произошло, когда она была в гостях у Филиппа и использовала мастерскую для командного проекта. Мы с ним возвращались домой на час или два, чтобы он мог сделать дела по дому. Я всё это время была двумя этажами выше, Филипп предупредил её, что мы можем прийти, но это не помогло. Как только мы пришли, она без конца начала ему писать, спрашивая, где какое оборудование. Когда он спустился вниз, чтобы постирать, она сказала ему, что ей нужен какой-то сувенир, который она ему вернула, и спросила, может ли она поискать его в его комнате. Он ей сказал, что я там. Она разозлилась. По-видимому, он сказал «я» вместо «мы» в каком-то сообщении о том, что мы пришли, и она сказала, что Филипп что-то от неё скрывает.

Я ей больше не верю. Мне всё равно, что это за сувенир, нельзя просто так оправдываться “командной работой”, чтобы копаться в вещах бывшего. Что бы там ни случилось, Филипп вернулся в комнату очень тихо и был сердит. Он был расстроен из-за Эвы, но он также злился и на меня. До этого он сказал мне, что боится того, что Эва сделает, если я вернусь с ним, и мы спорили об этом. Я думала, что, если мы оставим её в покое, всё будет нормально, но теперь я вижу, что дело не в этом. На следующий день она пришла к нему домой и убрала всё своё оборудование из мастерской. Не знаю, что я чувствую. Я себе говорила, что я не позволю ей больше устраивать сцены, чтобы получить желаемое, но Филипп каждый раз так расстраивается, когда она уходит из-за меня.

Абьюзеры бывших партнёров могут понять, что открытое насилие, такое как обзывание, запугивание, крики и физическое насилие, больше не будет допускаться так же легко, а долгосрочные тактики не будут работать, потому что партнёр уже не так доступен. Абьюзер будет вынужден использовать более скрытую тактику, которая не будет такой явной для окружающих. 

Абьюзер может мстить бывшей партнёрке, если узнает, что та всё ещё встречается с метамуркой. При этом бывший партнёр может продолжать выступать в качестве союзника обидчика. Он может отговорить свою нынешнюю партнёрку от противостояния насилию  — либо из-за страха возмездия, либо из-за потенциальных последствий, либо под предлогом защиты абьюзера. Бывший абьюзера может продолжать изолировать свою нынешнюю партнёрку от какой-то своей жизни, чтобы сохранить мир с абьюзером, или злиться и плохо обращаться с ней, когда абьюзер проявляет насилие.

Продолжающиеся формы абьюза по отношению к партнёру

Сейчас я просто беспокоюсь о Филиппе. Он всё ещё скрывает большую часть того, что происходит между ним и Эвой, от меня, и я не виню его. Когда он говорит мне, что происходит, мне трудно не злиться. У них было такое, что Эва ночевала у него несколько ночей, когда он планировал остаться со мной, чтобы она могла увидеть его кота. В последний раз она появилась у него на пороге в состоянии наркотического опьянения и часами плакала и умоляла его остаться с ней на ночь. Она сказала, что это было бы «лучше для кота». Филипп пришёл ко мне только под час ночи и был потрясён. Я спрашивала его, что случилось, но он ничего мне не говорил до утра.

Потом он сообщил, что на следующий день Эва сказала ему, что не помнит ничего из того, что произошло. Я знаю, что такое может произойти от наркотиков, но я даже не знаю, что и думать. Он говорит, что, когда Эва спросила его, что случилось, и он всё рассказал, она расстроилась, и я не думаю, что с тех пор она много говорила с ним. Но я могу только догадываться. Я хочу, чтобы Филипп мог прийти ко мне за помощью, но сейчас я вижу их отношения с ней по-другому, и я думаю, что мы просто в конечном итоге будем ссориться.

Даже если человек, подвергшийся насилию, способен поддерживать свои собственные границы и противостоять насилию, которое его прежняя метамурка направляет к нему, он может в итоге оказывать эмоциональную поддержку партнёру, который не противостоит насилию. Эта проблема может быть особенно актуальна для партнёров, которые испытали насилие со стороны одного и того же человека.

В книге Быть якорем в шторме социальный работник и клинический психотерапевт Сьюзан Брюстер описывает роль, которую может играть кто-то, поддерживающий человека, подвергшегося насилию.

Как описывает это Брюстер: «Люди с отдалённой привязанностью, как правило, эмоционально отдаляются от своих близких, подвергшихся насилию. Спасатели, как правило, становятся слишком вовлечёнными в отношения. Якоря, с другой стороны, стремятся поддерживать объективную дистанцию от тех, о ком они заботятся, оставаясь вовлечёнными с ними в уважительной, поддерживающей манере». Действовать надлежащим образом, когда поддерживать кого-то, подвергшегося насилию, достаточно сложно для друзей и семьи. Для того, кто поддерживает партнёра, который подвергается насилию со стороны прошлого абьюзера, поддержание объективности или дистанции может быть трудной задачей.

Мало того, что человек, подвергшийся насилию, может быть плохим якорем для своего партнёра, но, пытаясь поддержать его, он может действовать против своих собственных интересов на пути к выздоровлению. Поддержание дистанции от обидчика, даже в мыслях, имеет решающее значение для человека, подвергшегося насилию, чтобы двигаться дальше. Если они решат взять на себя ответственность за утешение своего партнёра перед лицом продолжающегося абьюза, они могут сделать себя уязвимыми для постоянного контроля и разрушительных моделей мышления. С другой стороны, активное заступничество за себя и рассказ о своём опыте насилия могут быть истолкованы как спасительное поведение абьюзера и могут ухудшить ситуацию для его партнёра.

Это создаёт проблемы, для которых у меня пока нет решений, но то, что мои собственные исследования и опыт ещё не привели к решению, не означает, что его не существует.

Перевод: Астро

Оригинал

Поделиться:

Простая подписка добра

Оформив подписку, вы не только поддержите персон в ситуации насилия, но и ежемесячно будете получать от нас самые интересные новости проекта!

Подписаться на рассылку

Хочу присоединиться к проекту!

Оставьте контакт, по которому мы можем с вами связаться:

(номер телефона, email и т.д.)

Отправляя данную форму, я соглашаюсь с политикой конфиденциальности.

Экстренное реагирование

Оставьте контакт, по которому мы можем с вами связаться:

(номер телефона, email и т.д.)

Отправляя данную форму, я соглашаюсь с политикой конфиденциальности.

Запишитесь на бесплатную правовую консультацию

Оставьте контакт, по которому мы можем с вами связаться:

(номер телефона, email и т.д.)

Отправляя данную форму, я соглашаюсь с политикой конфиденциальности.

Запишитесь на бесплатную психологическую консультацию

Оставьте контакт, по которому мы можем с вами связаться:

(номер телефона, email и т.д.)

Отправляя данную форму, я соглашаюсь с политикой конфиденциальности.

Запишитесь на бесплатную психологическую консультацию

Оставьте контакт, по которому мы можем с вами связаться:

[metform form_id=”505″]